![]() |
![]() Ярославское региональное отделение общероссийской общественной организации СОЮЗ РОССИЙСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ |
||
НАВИГАЦИЯ
|
Встреча с литературным критиком, филологом и прозаиком Павлом Басинским
3 декабря в 16.00 в конференц-зале Ярославской областной научной библиотеки имени Н. А. Некрасова состоится встреча с российским литературоведом и литературным критиком, филологом и прозаиком Павлом Басинским. Павел Валерьевич окончил Литературный институт им. А. М. Горького (1986), защитил кандидатскую диссертацию по теме «Ранний Горький и Ницше». Спустя годы его исследования оформились в большую работу о М. Горьком, вошедшую в серию книг «Жизнь замечательных людей». С 1981 года он публикуется как критик в «Литературной газете», журналах «Новый мир», «Октябрь», «Знамя», «Дружба народов», «Наш современник». Выступал как составитель и публикатор произведений Максима Горького, Леонида Андреева, Осипа Мандельштама, Михаила Кузмина, антологий русской прозы XX века. В соавторстве с С. Федякиным написал учебник «Русская литература конца XIX - начала XX века и первой эмиграции». В 2008 году дебютировал как романист с книгой «Русский роман, или Жизнь и приключения Джона Половинкина». В настоящее время работает литературным обозревателем в «Российской газете». Павел Басинский является членом Союза российских писателей и академиком Академии русской современной словесности (1997). Входит в постоянное жюри премии А. Солженицына. Он лауреат премии «Антибукер» (1999) в номинации «Луч света» за критические статьи. В 2010 году его книга «Лев Толстой: бегство из рая» отмечена первым местом Национальной литературной премии «Большая книга». На встречу приглашаются литераторы, преподаватели и студенты филологических факультетов, библиотекари и все любители творчества писателя! Вход свободный! Адрес: ул. Свердлова, 25В, Ярославская областная библиотека имени Н. А. Некрасова, конференц-зал. Дополнительная информация по тел. 73-97-33 ________________ Литературный конкурс «ВДОХНОВЕНИЕ» Ярославское региональное отделение Союза российских писателей и Юношеская библиотека имени Н.А. Некрасова приглашают авторов в возрасте от 11 до 17 лет к участию в 3-м литературном конкурсе для детей и юношества «Вдохновение». Председатель конкурсной комиссии: Перцев Владимир Юрьевич, поэт, председатель ЯРО Союза российских писателей. Работы (2-3 стихотворения или 1-2 рассказа) принимаются с 1 октября по 31 декабря 2012 г. по почтовому адресу библиотеки: 150014, г. Ярославль, ул. Вольная, 3, либо по электронно-му адресу: nekrasov@clib.yar.ru Контактный телефон: 21-09-89. Тексты должны быть напечатаны шрифтом Times New Roman, размером 12. Необходимо заполнить анкету: указать ФИО автора произведения, дату рождения, место жительства, образовательное учреждение, в котором учится автор, номер класса/курса, место работы, если автор работает, контактный телефон и E-mail. Организаторы оставляют за собой право размещать тексты произведений на интернет-сайтах, в СМИ и сборниках. Итоги конкурса будут подведены в конце января 2013 г. Победители получат дипломы и памятные призы. Регистрационная анкета участника Фамилия __________________________________________________________________________ Имя (полностью) ___________________________________________________________________ Отчество (полностью) ______________________________________________________________ Дата рождения _____________________________________________________________________ Школа, иное учебное заведение ______________________________________________________ Класс, курс (факультет)______________________________________________________________ Место жительства: почтовый индекс, город, область _____________________________________________________ улица, № дома, № квартиры _________________________________________________________ Телефон (домашний, мобильный) _____________________________________________________ Адрес электронной почты ___________________________________________________________
17 АВГУСТА, БОРИСОГЛЕБ
И под навесом зелени
И я стою и слушаю. А меня – усадили за столом рядом с матерью Константина Васильева, доброй и умеющей слушать, что говорили собравшиеся о её сыне-поэте... И мечта у этих людей – простая и понятная: вот бы Васильевские чтения вновь проводить у них, в Борисоглебе, как проводились они изначально. И от Москвы добираться многочисленным профессорам и учёным филологам, выступающим на Чтениях, ближе... Но у местных чиновников, видимо, другие планы и приоритеты, во всяком случае, никто из них не посетил десятую годовщину музея и одиннадцатую годовщину памяти поэта. А здесь... каждый пенёк, деревце, сад у дома, крыльцо... всё проникнуто незримым присутствием художника, сумевшего словами запечатлеть такие зримые, такие близкие и любимые многими картины и образы родной земли! (Л.Советников) ____________
ПОД ОТКРЫТЫМ НЕБОМ: СТИХИ И МУЗЫКА КИНО
Ольга Коробкова * * *
...И та моя душа, которая рыдает,
И та моя душа, которой в книге судеб
* * *
Смерти нет. – Смерть уже здесь. Сочиненье шестьсот двадцать шесть. Хлеб наш насущный даждь нам днесь – Горький, такой же горький, как слёзы. Слёзы – это благая весть. Святая правда. Святая проза...
Голоса сплетутся в венок Для того, кто ушёл так скоро. Гость – с порога, гроб – на порог. И четыре соло из хора...
Ибо каждый и сир, и гол. Душу выплакать, тело бросить На холодный каменный пол...
Витражи меняют цвета, И звенит соборная роза. Жертва есть, но жертва не та. Лакримоза, о, Лакримоза!
Тронуть память тёплой рукой... Бог – последняя человечность. Вечный свет. Вечный покой. И катарсис. Выше, чем вечность. Надежда Папоркова СУЛАМИФЬ О, если бы ты был мне брат … Тогда я, встретив бы тебя на улице, целовала бы тебя, привела бы тебя в дом матери моей. Ты учил бы меня, а я поила бы тебя ароматным вином, соком гранатовых яблок моих… (Песнь Песней) 1 Возлюбленный мой, твоя Суламифь – не царская дочь. И в косы её не солнце вплелось, а тёмная ночь.
И губы её – не сладостный яд, не мёд роковой, А робкий цветок из диких лесов, шумящих листвой.
И песни её – не праздничный гимн любви и весне, А тихая грусть, что в сердце твоё приходит во сне.
Не яко печать, а яко печаль на сердце твоём… Но счастье зажжёт его, как заря – небес окоём.
Никто не сравнит девичьи мечты и мудрость царя, Не стою тебя, как Царства Небес – земная заря.
Но знай же, что я богаче стократ прекрасных цариц: Я вижу твою улыбку, твой взгляд и трепет ресниц.
Ты держишь в своих чудесных руках ладони мои, Как держит Господь в ладонях Своих все жизни земли.
Ты держишь меня в объятьях своих, как в горестный миг Он держит детей, объятых тоской, в объятьях своих. 2 Возлюбленный мой, ты ранишь меня, нет боли сильней. Как вырваться мне из этих сетей пылающих дней?
Как дикий зверёк, бежала к реке тропинкой лесной, Упасть на траву и выплакать боль, и стать тишиной.
Забыться в дожде, обняться с листвой, угаснуть огнём, Но тих и глубок небес океан и чист окоём.
И в памяти нет приюта душе, и в будущем нет. Лишь очи твои сжигают меня и дарят мне свет.
Напрасно бежать, напрасно молить – нет боли сильней. Далёк от меня, в молчанье своём, над пропастью дней
Ты держишь в своих чудесных руках ладони мои, Как держит Господь в ладонях Своих все жизни земли.
Ты держишь меня в объятьях своих, как в горестный миг Он держит детей, объятых тоской, в объятьях своих.
* * *
Сердце ночи – волна морская Или дальняя птичья стая, Неустанно поёт и плачет, И не знает, как жить иначе.
Сердце – скрипка твоя ручная. Счастье – зыбкая рябь речная. Голос горлицы в небе тонет, Это сердце в твоих ладонях.
Это ангел спешит сберечь нас, И в словах твоих дышит вечность.
И в глазах твоих ночь смеётся,
Обжигая светлее солнца.
Мой любимый, мой самый дальний, Если радости нет печальней, Нет печали благословенней. Нежен свет в вышине осенней.
Сладок лета прощальный голос, Милосерден осенний холод К птицам, видящим сны о юге, К листьям, плачущим друг о друге.
7 августа в яблоневом саду старинной усадьбы в левобережной части Рыбинска состоялся очередной Усадебник: двухчасовой вечер музыки и стихов под открытым небом! На этот раз прозвучала музыкально-поэтическая композиция – музыкальные переложения к известным мировым кинокартинам, звучащие в классическом стиле, в исполнении струнного квартета «Вдоль и поперёк» и поэтов Надежды Папорковой и Ольги Коробковой. Вечер был заранее прекрасно аннонсирован в интернете: ____________
Литературная студия «Парабола» на Всероссийском Некрасовском празднике поэзии в Карабихе
7 июля в Карабихе состоится 45-й Всероссийский Некрасовский праздник поэзии. По традиции он начнется с возложения цветов у памятника Н. А. Некрасова на Волжской набережной в Ярославле и продолжится уже в мемориальном музее в Карабихе. Члены юношеской литературной студии «Парабола», которой руководит председатель регионального отделения Союза российских писателей Владимир Юрьевич Перцев, второй раз будут участниками этого замечательного праздника. На последнем занятии литстудии в ярославской юношеской библиотеке имени Н. А. Некрасова обсуждались рабочие моменты предстоящего важного события, отбирались стихотворения для прочтения.
(Муза. Рисунок Дарьи Дерен)
Егор Радостин, Даша Кожанова и Евгений Меркулов выступят на большой сцене в программе «И сам Некрасов слушал этот стих…» вместе с известными ярославскими поэтами и гостями праздника. Среди праздничных мероприятий особое место занимает программа для юных поэтов и артистов «Любезна маменька, прочтите…», которая пройдёт на крыльце Большого дома. Ведущими этой программы будут студийцы Галина Позднякова и Анастасия Колобова. Здесь будет читать свои стихи Мария Коленова. (В студии "Параболы")
Владимир Юрьевич Перцев предложил членам студии организовать молодежную поэ-тическую площадку, ведущими которой станут Егор Радостин и Оксана Романюк. Здесь молодые поэты, приехавшие на праздник, смогут почитать свои стихи, послушать других. На этой площадке Александра Осипова прочитает своё стихотворение «Прощанье с роком»: (Студийцы А. Осипова и Е. Радостин) Зачем полеты, когда голова
Трещит развалиной-патефоном.
Зачем сегодня я не права? И меркнет рок в виниле новом. Ржавеет город в золотом, Герой последний курит нервно. Там скрипки пилят равномерно Металл, дешевенький притом. Зачем полёты, когда заземленье? Мелодий игра и струн перелив? Не дети дворов, мы не то поколенье. Романтика путь безнадежно красив. (Рисунки в №3 журнала "Парабола") Специально к этому дню подготовлен третий номер журнала «Парабола» со стихами, прозой, рисунками литстудийцев. На развороте журнала – рисунки Даши Дерен, которые она сделала на занятиях в студии. Журнал будет подарен гостям и участникам праздника поэзии. Владимир Юрьевич Перцев отдал последние распоряжения и указания, напутствуя своих питомцев не робеть, держаться естественно и действовать по ситуации. Расходились все в приподнятом настроении. ____________
8 июня 2012 года в Рыбинске, в ЦГБ им. Энгельса, состоялся долгожданный вечер памяти писателя Николая Сергеевича Гоголева.
На вечере присутствовали, помимо рыбинцев и гостей из Ярославля, и родственники Николая Гоголева из Москвы (внучка Диана со своим отцом), из С.-Петербурга (Борис Атлётов), из д. Артемьево Мышкинского района, где Николай Сергеевич провёл последние годы жизни (А.И. Бирюков).
Собравшиеся смотрели отрывки из фильма 1998 года с участием Николая Гоголева.
Вечер украшали выступления известных бардов и музыкантов, писателей и друзей Николая.
С большим удовлетворением собравшиеся восприняли факт выхода к читателю только что изданной "Рыбинским Домом печати" книги: "Николай Гоголев. Избранное: Стихотворения. Новеллы". Из одного из выступлений на вечере. Можно припоминать и припоминать многое... Но что выделяет пишущего из толпы ему подобных, как не оригинальность? Оригинал по жизни, Николай Гоголев и в собственном творчестве ценил прежде всего "лица необщее выраженье"... Такова, например, его Скифская песня:
Пахарь
ходит за плугом,
Он живёт, чтобы умереть... ____________
____________ 26 мая в Ярославле праздновали День города. Поэтическое приношение русскому классику А. Н. Некрасову в этот день совершалось на Первомайском бульваре у памятника поэту. Здесь прошел традиционный фестиваль ярославских литературных объединений «Мелодия стиха». Выступали, как говорится, и стар, и млад: школьники, студенты, члены литобъединений, профессиональные мастера слова. Свои стихи читали и гости праздника, приехавшие из Гаврилов-Яма, Углича, Рыбинска, поселков Некрасовское и Красные Ткачи. Второй год принимают участие в этом поэтическом празднике члены юношеской литературной студии «Парабола», которой руководит поэт Владимир Перцев, Председатель регионального отделения Союза Российских писателей. Организатор и ведущий праздничной программы Андрей Коврайский, представляя молодых поэтов, особо отметил, что у памятника Некрасову будут читать стихи студийцы, занятия которых проходят в Юношеской Некрасовской библиотеке на улице Вольной.
Уверенно и задорно
декламировали свои стихи восьмиклассницы Галина Позднякова (школа №
43) и Анастасия Колобова (школа № 42). Одобрительный гул вызвали
поэтические строки Анастасии Колобовой о Ярославле, погруженном в
стройки и долгострои, когда «пройти нельзя» и тут, и там:
Пылят на стройке, грохают, И длинною рукой Подъёмник тянет пальцы За каменной стеной… А солнце распаляется И дышит на траву, А та не утомляется, Всё шепчет наяву. Задумчивые размышления Галины Поздняковой о том, возможно ли отгородиться высоким забором от предательства, злобы и лжи, тоже оказались близки и понятны собравшимся: Но если мой дом моей станет тюрьмой, То кто-то спасет ли меня?.. Своеобразный импровизированный философский поединок состоялся между двумя дебютантами праздничной программы. Жизнь – это битва – скандирует в своих стихах молодой психолог Егор Радостин:
он демон битв средь моря крови
победно меч он поднимал но режа мир на части боли он никогда не забывал что поле славы всё же будет где меч подымет тот герой что одинок – но не отступит что проиграл – но примет бой… (Студийцы "Параболы" и Андрей Коврайский) Иной мотив, мотив жертвенности, провозглашает лирический герой сотрудника рекламного агентства, нежной и хрупкой Ольги Ром: Я думал, что жизнь нам дана для любви. Она нам дана для распятья – Должны на Голгофу мы крест вознести… Надолго запомнится этот день студийцам «Параболы», которые успешно выступили перед горожанами, познакомились и побеседовали с известными и начинающими поэтами земли Ярославской. Светлое чувство осталось у всех участников этого события. А наградой за волнения стало Благодарственное письмо от Управления культуры мэрии города Ярославля «за активное участие в подготовке и проведении праздника «День города Ярославля». ____________
ВЕЧЕР ПАМЯТИ
Николая Николаевича Пайкова 14 мая Николаю Николаевичу день рождения, к этой дате выйдет книга воспоминаний о нём его друзей, сокурсников, коллег... На вечер памяти придут авторы воспоминаний, прозвучат любимые песни Николая Николаевича, его стихи, а также стихи, посвящённые Н.Н.Пайкову. Будет показан документальный фильм Владимира Поварова из цикла "Профессия-человек - Н.Н.Пайков". Местоположение: Ярославский городской клуб любителей словесности "Тысячелетие", пр. Ленина, ДК им.Добрынина, библиотека №19, Ярославль, Россия
Начало: 18 мая в 17:00 _________
МЯТЕЖНЫЙ СТРАННИК
(Портрет Бориса Черных. Художник Владимир Сибрин)
5 апреля у себя на родине, в Благовещенске, скончался известный писатель и публицист Борис Иванович Черных. Часть его жизни была связана с древним городом на Волге, Ярославлем, который он полюбил и в развитие культуры которого внес свою лепту. Вечер памяти Бориса Ивановича Черных прошел в субботу, 5 мая, в юношеской библиотеке имени Н. А. Некрасова по инициативе регионального отделения Союза российских писателей. Собрались те, кому посчастливилось встречаться с Борисом Ивановичем, и те, кто знаком с ним только по книгам. Борис Иванович Черных, происходивший из рода амурских казаков, родился 13 июля 1937 года в городе Свободном Амурской области. В Ярославле он появился в 1990-м, выиграв конкурс на должность главного редактора новой областной газеты «Золотое кольцо».
Между двумя этими датами целая жизнь, полная испытаний, лишений и трагизма. Пришлось ему хлебнуть лиха и в советских лагерях, не пионерских, как в свое время уточнял другой зека, известный ярославский писатель Александр Коноплин. Борис Иванович Черных в пору студенчества в Иркутском университете был комсомольцем-активистом. Вспоминая свою юность, однажды он скажет: «Я был хорошим комсомольским работником». Настолько хорошим, что, будучи уже коммунистом, послал письмо XV съезду ВЛКСМ под названием «Что делать? Некоторые наболевшие вопросы нашего молодежного движения», предлагая внести ряд реформ в комсомольскую и коммунистическую организации. В результате – исключение из партии «за фракционность и троцкизм», странствия по России. Удел изгнания ждет его теперь повсюду. После нескольких лет скитаний он вернулся в 1980 году в Иркутск. Устроившись на работу в Ботанический сад университета, объединяет вокруг себя молодежь, создав вольное Вампиловское книжное товарищество. Те вдохновенные дни и встречи нашли отражение в поэме Наталии Черных (Смирновой): Печаль струилась и сияла радость... От юности неистовой пьянея, Мы жили своевольно и строптиво: Любили небо, звезды и деревья, Любили книги — презирали чтиво И понемногу пробовали перья. Дышалось вольным воздухом отрадно. И в бедном романтическом жилище Свой лик запретный нам являла правда (как верно — что находит тот, кто ищет). А в кабинетах нелюди читали «Тетради» наши, и статьи, и письма, И красною чертою отмечали Достоинства исполненные мысли. И дело двигалось на загляденье споро. И делу дан был ход. И очень скоро Вступили мы в круговращенья ада Под знаком Ботанического сада.
«Нелюди» приговорили Бориса Черных в 1982 году к 5 годам строгого режима и трем годам ссылки. В 1987 году по запросу депутата Верховного Совета Федора Бурлацкого Борис Черных был освобожден, а в 1990 году полностью реабилитирован.
(Черных и его газета)
В историю ярославской журналистики и культуры Борис Иванович вписал свою яркую страницу. Основал упоминавшуюся уже газету «Золотое кольцо» и литературную газету русской провинции «Очарованный странник». Литературную газету выпускал коллектив единомышленников, организованных и направляемых Борисом Ивановичем. Своевременность, такт в подаче материала, отсутствие местничества и краеведчества (в худшем понимании) отличало это издание. Читатели узнали много новых талантливых имен, которыми сегодня по праву гордится Ярославская земля – Константина Кравцова, Александра Калинина, Владимира Поварова, Николая Гоголева, Владимира Перцева, Любови Новиковой, Дмитрия Сорокина, Леонида Советникова, Ольги Коробковой и др. В «Очарованном страннике» печатались: Александр Солженицын, Виктор Астафьев, Анатолий Ким, Роман Солнцев, Михаил Тарковский, Сергей Щербаков, Александр Коноплин и многие другие. Председатель регионального отделения Союза российских писателей, поэт Владимир Перцев, работавший вместе с Борисом Черных над изданием газеты, выступая на вечере памяти в библиотеке, отметил:
При газете была учреждена ежегодная литературная премия имени Лескова, лауреатами которой успели стать несколько человек, в том числе: Владимир Марфин и Борис Мельгунов. Благодаря инициативе и настойчивости Бориса Ивановича удалось провести в Ярославле первое за постсоветский период Всероссийское совещание молодых писателей. В январе 1996 года состоялся «незабываемый четырехдневный литературный марафон» (Леонид Советников). Более 60 человек со всей России, в том числе 6 наших земляков, было принято в Союз российских писателей, многим даны рекомендации. С доброй улыбкой рассказали на вечере памяти Бориса Черных в библиотеке о замечательных тех днях участники совещания поэты Владимир Перцев, Владимир Поваров, Тамара Рыкова. Аура эйфории и всеобщего восторга окружала это событие. Наплыв гостей со всей России в пансионат «Ярославль», где проходило совещание, был такой, что ярославцев уплотнили: иногда приходилось спать на полу или даже стоя, как умудрялся Владимир Перцев. Все запомнили молодого поэта с Дальнего Востока, семье которого пришлось продать корову, чтобы собрать деньги на дорогу. Факт дальневосточной «жертвы искусства», передаваемый из уст в уста, уже давно стал легендой, без которой не обходится ни один рассказ о незабываемом совещании молодых писателей 1996 года.
Тамара Рыкова, смеясь, припомнила, как многие молодые поэты
удивлялись и радовались ей, как родной, узнав, что именно она вела
отдел поэзии в газете «Очарованный странник», представляя
стихотворцев со всей России.
Тамара Михайловна зачитала гостям юношеской библиотеки письмо из Рыбинска от поэта Леонида Советникова с его воспоминаниями о первом знакомстве, встречах и переписке с Борисом Ивановичем: «В Рыбинск Борис Иванович приехал, недавно вернувшись из Пятигорска, а на творческой встрече «Коридора» [рыбинская литгературная группа] я читал некоторые места из своей так и не оконченной критической статьи о Лермонтове. Он был удивлён такому витанию в воздухе близких дум». Так завязалась крепкая творческая дружба с молодыми рыбинскми авторами, чьи произведения стали часто появляться на страницах «Очарованного странника». Связь с писателем продолжалась и после его отъезда в Благовещенск: «щедрый человек и редактор «Русского берега» Черных присылал мне номера этой новой литературной газеты – для рыбинцев, о которых не забывал и на Амуре, присылал свои рассказы… Помнится, как-то мои стихи из неизданной тогда книги «Дрожит душистый венчик стуж» он назвал печальными элегиями, ругнул за печальность, сказал, что не нужно отпевать Россию, а далее... вдруг обмолвился, что, может, и хорошо так-то вот, свободно и сильно, выплеснуться. «Не верь мне и тем, кто будет ругать за печальность», – сказал этот тонко чувствующий и прямой человек. В своей книге «Спящий куст» я намекнул на этот эпизод: «На мгновение, из дальнего далека, проступит человеческое лицо, говорящее «не надо отпевать», и вновь – пустота и потусторонний холод вокруг».
Своими впечатлениями от встреч с писателем и публицистом
(Александра Сибрина)
Борис Иванович часто навещал в мастерской художника Владимира Сибрина, внештатного сотрудника газеты «Очарованный странник». Они любили вести долгие беседы, хотя и придерживались разных взглядов на жизнь. Александра Георгиевна всегда присутствовала при этих встречах, по желанию своего мужа-художника и, вступая в разговор, нередко терялась, встречая колючий неодобрительный взгляд строгого гостя. По мнению Бориса Ивановича женщины должны молчать, когда разговаривают мужчины. Но вскоре Борис Иванович стал приходить к Сибриным уже не один, а со своей женой Майей, и относился снисходительнее к дамским вмешательствам в серьезные темы. Считается, что Борис Черных имел трудный характер. А он просто был решителен, тверд и неподкупен, никогда не шел на сделки с совестью. Максималист. Этим и был неудобен для многих. И его «колючий взгляд» всего лишь маска, подтвердила Ирина Хоновна Шихваргер, а сердце писателя – из очень мягкого материала. Участникам вечера памяти выпала замечательная возможность посмотреть два фильма, посвященных писателю. Один был снят на Первом телеканале Владимиром Головиным, если помнит читатель, исполнителем роли одного из уголовников в фильме «Холодное лето пятьдесят третьего» и журналистом Ириной Диалектовой. И второй фильм ярославского поэта и тележурналиста Владимира Поварова, подготовленный им на ГТРК «Ярославия» в 1997 году. Благодаря этим хроникальным кадрам мы увидели настоящего Бориса Черных, мудрого, талантливого, болеющего сердцем за судьбу российскую. Таким он и останется в нашей памяти. Любовь Мельникова, сотрудник юношеской библиотеки имени Н. А. Некрасова _________
5 мая, в 15 часов в Ярославле, в юношеской библиотеке им. Некрасова: ул Вольная, 3 - состоится вечер памяти замечательного писателя Бориса Ивановича Черных.
Ночью, 6 апреля 2012 года, остановилось сердце большого русского писателя Бориса Ивановича Черных. Ярославское региональное отделение Союза российских писателей, в создании которого Борис Иванович принимал непосредственное участие в ярославский период своей жизни, выражает соболезнование жене писателя, Майе Петровне Черных, сыновьям, родным и близким. Борис Иванович Черных прожил трудную и честную жизнь неравнодушного человека и большого русского писателя. За свои убеждения получил от прежнего режима 5 лет лагерей, но не сломался и не поменял своих взглядов. Он создал и был главным редактором газеты «Золотое кольцо», основал и возглавил литературную газету русской провинции «Очарованный странник». Во многом именно его усилиями и публикациями этого неординарного литературного издания было подготовлено проведение первого в постсоветской России Всероссийского совещания молодых писателей при Союзе российских писателей, которое прошло в январе 1996 года под Ярославлем. Борис Иванович был человеком прямым и неудобным в общении с властями, но честным и прямым с собратьями по перу, многие начинающие писатели обязаны Борису Ивановичу открытием литературному миру их имен. После возвращения на родину, в Амурскую область, Борис Иванович продолжал свою писательскую деятельность и редакторскую работу в газете «Русский берег». Последние годы он тяжело болел, однако творил, встречался с друзьями, писал им письма... Борис Иванович завещал похоронить его в Свободном, «в Дубках» – так он называл городское кладбище, где покоятся его родители. Отпевание и панихида также пройдут в родном городе писателя, в Свято-Никольском храме, который он всегда посещал, приезжая в Свободный. Писатель оставил большое литературное наследие. Один из томов своей избранной прозы он назвал «Есаулов сад». Этот сад Борис Иванович выдумал, как и город Урийск, где происходят события его рассказов. В произведениях легко узнаются Свободный и его старый городской парк. С нежностью и любовью Черных писал о городе своего детства и молодости, о родной 9-й школе, об одноклассниках и учителях. Однажды он попросил сфотографировать его в старом парке, около берёзы, и назвал снимок «Прощание с Есауловым садом». Литературный талант Черных высоко ценили такие известные писатели, как Александр Солженицын, Фазиль Искандер, Валентин Распутин, Виктор Астафьев, Валентин Курбатов. Прощание с Борисом Ивановичем пройдёт в Свободном, в понедельник, 9 апреля. _____________
28 января 2012 года подведены итоги второго регионального юношеского литературного конкурса «Вдохновение». ![]() (Участники конкурса)
В
конкурсе приняло участие 36 школьников в возрасте от 7 до 17 лет из
Ярославля, Рыбинска, Переславля-Залесского, Гаврилов-Яма. К
рассмотрению творческой комиссией было представлено более ста
поэтических и прозаических работ. По итогам конкурса планируется в
течение года выпустить литературный сборник «Вдохновение 2», в
который войдут наиболее удачные сочинения юных авторов.
(Руководитель конкурса поэт В. Перцев)
(Юные участники)
СПИСОК ПОБЕДИТЕЛЕЙ ВТОРОГО РЕГИОНАЛЬНОГО ЛИТЕРАТУРНОГО КОНКУРСА «ВДОХНОВЕНИЕ» 2011 – 2012 гг
«Поэзия. 5 – 8 классы»
Диплом первой степени – Елизавета Морина за стихотворения «Басня о гордом павлине» и «Весна». Диплом второй степени – Аста Михайлова за стихотворения «Мы, люди…» и «Слегка помятый новый тонкий лист…». Диплом третьей степени – Александра Осипова за стихотворение «Время» и «Локомотиву».
«Поэзия. 9 – 11 классы»
Диплом первой степени – Евгений Меркулов за стихотворение «Пропащее дело…». Диплом второй степени – София Перцева за стихотворения «Ну что я могу…» и «Когда говорили». Диплом третьей степени – Дарья Кожанова за стихотворение «Обойдёмся без справок и хроник…».
«Проза. 5 – 8 классы»
Диплом первой степени – Анастасия Колобова за рассказ «Люди под дождём». Диплом второй степени – Галина Позднякова за рассказ «Проигравший». Диплом третьей степени – Антон Балмасов за сказку «История старой яблони».
«Проза. 9 – 11 классы»
Диплом первой степени – Елена Гуска за рассказы «Один день в деревне» и «Муза». Диплом второй степени – Клим Поляков за рассказ «Случай». Диплом третьей степени – Надежда Мартюшова за рассказы «Война за жизнь» и «Аллилуйя!».
(Вручение дипломов)
(Галина Позднякова)
Евгений Меркулов Лицей №2, г.Рыбинск Ярославской области, 17 лет. * * *
Пропащее дело – она пишет стихи. Никогда не умела и не сможет, я думаю. Смешны, несуразны, невысоки, По-па-хи-ва-ют безысходностью юною.
Не в строчке любовь, не в слове печаль, Они – сплошь избитые штампы. А там, где «горит одиноко свеча» – Люминесцентная лампа.
Там, где на скотче на обоях плакат, И запах духов, как у мамы, В тетрадку вливается конгломерат Всех лириков школьной программы.
* * *
Еду домой в автобусе маленькой точкой на глобусе, а сверху, обняв небосвод, Велемир усмехается. Вот.
* * *
Как мальчик маленький в комбинезоне джинсовом, не сказав маме, на улицу выбежал, под окна девочки, кричать мелочи приятные – так бы и я!
* * *
Как на лёд опускается снег, Так во мне оседает усталость. Я такой же, как все, человек, Ничего у меня не осталось.
Не осталось ни слова того, Ни вина, и от хлеба лишь крошки. Не осталось совсем ничего. Только жизнь, но не семь, как у кошки.
Анастасия Колобова Школа № 42, г.Ярославль, 8 «В» класс.
ЛЮДИ ПОД ДОЖДЁМ
Я вышла на улицу и раскрыла зонт, снова дождь. Я уже повернула в сторону дорожки, ведущей в сеть запутанных одноликих домов, как: – Замолчи, тебя ещё не спрашивали, – хриплый злой голос. – Сам заткни грязную глотку, – женский грубый голос. Поскуливание, такое тихое, жалобное, еле слышное. – И ты ещё поговори, скотина, – как-то хором. – Вот тебе, на, на, – послышались звуки ударов. Я повернулась: двое, мужчина и женщина, неопрятно одетые, избивали несчастного пса, лохматого, грязного, со свалявшейся бежевой шерстью и заплывшим карим глазом вишенкой. При ударах он весь содрогался, втягивал живот. Его лапы, такие тощие, беспомощно бились об асфальт, но он не издавал ни звука, лишь прикрывал глаза и сглатывал. – Что вы делаете, прекратите немедленно, не смейте!!! – сквозь слёзы я бросилась защищать пса. Хлестал дождь, смешивался со слезами. – Не лезь, – удар, острая боль в боку, запах перегара и курева, я согнулась пополам, дождь всё хлестал, застилая глаза, сломанный зонт валялся в нескольких метрах от меня. Я глубоко вздохнула, набирая в грудь побольше воздуха, закрыла и открыла глаза. Ужасно ныл бок. Пес лежал у входа в магазин, а вокруг стояли люди, много людей, матери уводили своих детей, подростки убирали мобильные телефоны, я взяла на руки собаку, не понятно как выжившие пакеты и направилась в маленькие дворики, освещённые жёлтыми фонарями.
– Надя, я не понимаю, неужели нельзя было позвать охранников, вызвать милицию, в конце концов! – воскликнул Володя, забинтовывая мою вывернутую руку. Мне очень повезло, что мой брат врач, хирург-травматолог – Ау, не тяни, больно, – поморщилась я. – Потерпи, – буркнули мне в ответ, кстати, вы не замечали, что очень многие врачи, не обязательно хирурги или травматологи, выписывая справку, или молчат – лучший вариант, – или что-то бормочут себе под нос. Врачи полны загадок – от почерка до этого невнятного бормотания. – И что ты собираешься с ним теперь делать? – спросил Володя, кивая подбородком в сторону моего пса, вымытого, с залеченными ранами, спящего теперь в комнате в тёплой мягкой корзинке. – Как что, как что! Конечно, оставлю себе, теперь это мой пёс! – гордо сказала я. – Ну-ну, ты понимаешь, что это статья, – Володя ухмыльнулся. – Кража чужого имущества, – пояснил он. Я пожала плечами и отвлечённо посмотрела в окно. Опять шёл дождь, он лил и лил, не переставая, стучал по крыше квартиры и эхом разносился по всему городу, заползая в тёмные чуланы и кладовые в поисках уюта и успокоения. Он был в поисках, он был здесь, и он совсем не считал живое существо, спящее в корзинке, имуществом. Покалывало бок, но я знала, что всё это преходящее, и что всё пройдёт. Я встала и подошла к спящему существу, дотронулась до него рукой. Пёс вздрогнул и открыл свои глаза, виновато взглянул на меня, и завёл свои уши назад. Он попробовал подняться, но лапы подкашивались. Я поняла, что он хочет уйти: – Володя, он уйти хочет, – сказала я. – Ну, пусть подлечится, а потом отдай его назад. – Не-а, так нельзя, – я отрицательно покачала головой. – Это жестоко! – А, значит, держать его принудительно, в чужом доме, слабого, побитого – это высшая степень добродетели? Я промолчала. Неужели подул ветер? Окна вроде закрыты, а странное предчувствие. Кажется, что начинается нечто необычное, будто моя учительница по классу фортепиано в школе искусств номер один села за старое фортепиано и начала наигрывать тихую увертюру к балету Чайковского, а увертюра словно бы улыбается улыбкой Моны Лизы, и в этой улыбке есть что-то кошачье, игривая лукавость и женственная мягкость. – Поживем – увидим, – я пожала плечами. – Не стой без тапок, холодно ведь… – Холодно, – Володя недовольно поморщился. – Дай руку, надо ссадину обработать…
Прошло несколько недель. Дождь то утихал совсем, то принимался снова. Небо, как хамелеон, перекрасилось в ярко-голубой цвет, странники-облака, накинув свои запылившиеся капюшоны, решили оставить этот город и следовать тёплому ветру, унёсшемуся куда-то в жаркую Африку, где каждый день вставало солнце, палящее и сухое. На несколько дней город забыл о приезде зимы, но она напомнила о себе, послав холодного гонца в виде северного ветра. Каждый день я приходила домой после учёбы и шла на прогулку вместе со своим псом Васей. Имя Вася значилось на его ошейнике. Я углублялась в засохший кусочек зелени, сохранившийся в дебрях городского строительства. Вася носился по этому городскому лесу, как самый настоящий щенок, поднимал сонные тела опавших листьев с земли и кружился в их молчаливом хороводе. Как только вечером я начинала шевелить ключом в замке, ещё не открыв дверь, слышала топот лап по полу. При входе в квартиру на меня обрушивалась целая беспредельная собачья радость! Пёс вставал на задние лапы, тянулся к лицу, стремясь облизать его, а потом звал на прогулку. Иногда мы встречали в парке старенькую Нину Семёновну, учительницу, она прогуливалась по этой протоптанной аллейке вместе со своим внуком, Стасиком, и собачкой Лизочкой, невероятно похожей на свою пожилую хозяйку: те же светлые белые кудряшки, выбивающиеся у одной из-под старой фетровой шляпки, а у другой – из-под ошейника с розовым бантиком. То же маленькое, сморщенное личико, сердечком. Стасика она брала, как сама говорила, для опоры, ведь надо сказать, что Стасику было лет 25 и он обладал ростом, близким к двум метрам. Так мы и шли впятером по этой дорожке и слушали невероятные рассказы Нины Семёновны: – Да, а у отца моего был большой дом, но и детей много, шестеро! И это ещё ничего, а перед домом был сад, и росли в нём яблони с такими вкусными яблоками – никогда таких вкусных яблок нигде не ела. А ещё там был пруд с лебедями, они плавали, а мы их кормили, такие верные птицы, всю жизнь только вместе. А потом была революция, отца забрали, и дом забрали... Дом, который построил отец своими руками, и сад, и пруд – всё сам, а его забрали. Мать нас, всех детей, увезла сюда, а об отце мы больше ничего не слышали… – А ещё у отца была собака, так вот Лизочка – дальняя родственница той собаки. Знаешь ли, Наденька, собаки, наверное, самые верные существа после лебедей, конечно, если их не предать, всю жизнь любить будут, каким бы ни был… – и здесь обычно она говорила о Васе, о том, что он брошен, и что я правильно сделала, забрав его. И жалела Васю, и удивлялась, почему он мне поверил, после предательства прежних хозяев. А я отвечала: – А мы с ним похожи, Нин Семёновна, он брошен, и я – почти: у меня ведь только брат, а мать с отцом развелись, лет семь назад, и разъехались по разным городам, вот так и живём, – здесь я улыбалась, взглядывала на удивлённого Васю и говорила ему: – Так ведь, да? А он смотрел на меня своими глазками-вишенками и вилял хвостом.
Однажды, едва я вышла гулять с Васей, как меня окликнул Стасик. Один, без Лизочки и без Нины Семёновны, он бежал к нам с Васей, размахивая каким-то листком: – Надя! Вася! Мы остановились, Вася радостно завилял хвостом. Узнав знакомого, он вопросительно посмотрел на меня. – Иди уж, встречай, – разрешила я, мы прекрасно друг друга понимали! Вася благодарственно махнул хвостом и помчался навстречу Стасику. Он закинул лапы на плечи своего друга, а Стасик потрепал его за ухом, и они, вместе уже, не спеша, пошли по направлению ко мне: – Надя, здравствуй! – Привет, – я улыбнулась. – А где же Лизочка и Нина Семёновна? – Они погуляли пораньше, – отрывисто сказал Стасик. – Что-то не так? – нет, определённо мои нервы не в порядке. – Ну, я шёл и, в общем, вот, – Стасик протянул мне листок. Я взглянула на него, это было объявление: «Потеряна собака, шерсть бежевая, глаза карие, возраст 1,5, откликается на имя Вася, потерян в р-не магазина «П…». Нашедшему звонить по телефон...» – и далее шёл телефон, а ещё ниже была фотография моего Васи. – Как… – я задыхалась от ярости и страха, Стасик мрачно смотрел на меня и на Васю. В леске было тихо, все птицы замолкли, и даже Вася притих, чувствуя что-то неладное. – Не расстраивайся, что-нибудь придумаем, – неуверенно протянул Стасик. – А сейчас пойдём домой, поздно уже…– он взял Васю на поводок и пошёл в сторону маячивших впереди домов.
– Я никому звонить не буду и уж тем более Васю им назад не отдам!!! – уверенно заявила я. Мы со Стасом сидели у меня на кухне за столом и обсуждали, как быть дальше. – Не кричи, я-то понимаю, а вот как ты им объяснишь, а? Они, видимо, где-то неподалёку живут, а если вы встретитесь? – Я их не боюсь, – отмахнулась я, – да и если что, мой брат – хирург! Повисло молчание, только Вася уплетал свой ужин из миски. Я нервно дёргала ногой и думала. Ведь сколько на улице висит объявлений о пропаже животных! И что, многие находятся? Да и вообще, как они смогут доказать, что мой Вася – это их Вася? Мало ли по городу таких двортерьеров ходит! Но что-то мне подсказывало: всё так просто, как в случаях с другими, не обойдется, у меня всегда всё было не как у людей, вроде и хорошо всё, но удачи нет. Раздался звонок в дверь, я пошла открывать. – Володя?! – удивлённо. – Неожиданно!.. – Привет, да я увидел это, – он достал из кармана пальто объявление о Васе, – и решил, что тебе будет интересно, – он мрачно хмыкнул. – Ты опоздал. Меня уже так заинтересовали около получаса назад. Не стой, проходи, раз пришёл, – я демонстративно открыла дверцу гардероба. Володя разделся, вымыл руки (профессиональная привычка) и только потом отправился на кухню, но замер в дверном проёме, подозрительно глядя на Стасика. Я протиснулась мимо него: – Володя, это Стасик, мой друг и внук Нины Семёновны. Стасик, а это мой брат Володя, – я миролюбиво улыбнулась. – Привет, – Стасик встал и протянул руку для рукопожатия, Володя мрачно её пожал и сел за стол. – Ну и что же, устроим совет, – Володя усмехнулся. – А если серьёзно, ты собира-ешься вернуть Васю назад? – Нет, конечно. Я похожа на сумасшедшую? – иронично поинтересовалась я. – Есть немного, – просто ответил Вова. – Очень смешно, Вовкин, – недовольно буркнула я. – И всё же предлагаю тебе вернуть его обратно и всё, совесть чиста, и ты жива. – Да как ты не понимаешь! – воскликнула я – В том-то и дело, что совесть не чиста! – Э-э, я, пожалуй, пойду, – Стасик встал из-за стола, повисло молчание, через некоторое время я услышала, как хлопнула дверь. – Отлично, ты ещё и человека хорошего спугнул! – Надька, не дури, тебе что, вывиха мало? И знаешь… – Хватит, – я откинула стул и встала, воинственно уперев руки в боки, – раздули трагедию! Хватит, будь, что будет, а Васю я не отдам! Володя устало смотрел на меня, а я не могла по-другому, всё казалось глупым, такой «совет» и вообще всё, будто это не объявления, простые бумажки, а атомное оружие, и мне срочно надо сделать выбор: предать родину, но выжить, или стойко сражаться – это правда глупо.
На утренних прогулках я часто видела этих «хозяев», а они меня, они что-то кричали, требовали, а мне было всё равно, это мой пёс и всё! А Вася, чувствуя этот их знакомый запах, вжимался в мои коленки или прятался за мою спину, уверенный: я его не отдам. И я не знаю, сколько это могло бы продолжаться, если бы однажды утром я не заметила в пустынном и запылившимся почтовом ящике письмо. Письмо оказалось повесткой в суд по делу о «хищении чужого имущества». Первым делом, я сообщила об этом Володе. Он долго кричал мне в трубку, что предупреждал и что добром это не кончится. Он всё ещё обижался. Стасик и Нина Семёновна меня поддерживали, забегали, звонили, старались приободрить, и даже вместе со мной пошли в суд. Вася в день суда был странно тихим, сидел на коленях Стасика, оглядывался и шевелил ушами. Дело тянулось медленно, хозяева убеждённо врали. – Мы с моей супругой оставили пса у магазина, но по возвращении обнаружить его не смогли… Когда дело дошло до меня, я встала, ноги подкашивались, и меня подташнивало. Так бывает, когда проснёшься поздно ночью, с болью в спине и в голове. Я начала говорить, говорила сбивчиво, неуверенно. Обвинители косо посматривали на меня и ухмылялись. Я замолчала, раздумывая над тем, что сказать. В это время бывший хозяин Васи прошипел, скаля зубы: «Что, думала самая умная, шо-ли, а мы его отсудим и на живодёрню сдадим…». Я понимала всю неправдоподобность его слов, но почему-то это противное шипение придало мне уверенности. – Знаете, возможно, я и взяла чужое, но неужели можно живое существо сравнивать с вещью? И вы бы видели, как они с ним обращались! У меня нет доказательств, кроме видеокамер магазина. И вы посмотрите на них, послушайте, ведь видно, что они ведут аморальный образ жизни! Зачем им этот пёс? Чтобы было кого унижать, за счёт кого самовыразиться!.. – Эй, мы тут не наш образ жизни собрались обсуждать! И вообще мы артисты цирка и должны пса тренировать, он будет нам деньги приносить, – вскинулась женщина, у неё были чёрные сальные волосы, собранные в подобие причёски розовым облезлым крабом. И тут я поняла: деньги, ну конечно, стали бы они прилагать столько усилий из-за любви к животным! Тогда я решила сделать примирительный шаг. – Давайте, я вам заплачу, как бы куплю, – предложила я. Прокурор и адвокаты, видимо, поддерживали меня, потому что внимательно посмотрели на моего оппонента. – Нет уж, мы, может, любим этого пса… Но вскоре судья удалился на совещание, эти минуты ожидания тянулись, словно их заставляли тащить пароход по Волге, медленно, тяжело, неохотно. Наконец вернулся судья и строго оглядел зал из-под оправы очков… Всё. Я проиграла, я смотрела, как эти люди тянут Васю за поводок, почти волокут по земле и ухмыляются, а я стояла у здания суда и сглатывала холодный воздух. Стало пусто, мир затих. Вовсе не ездили машины, не смеялись дети, только вместе с этим волокущимся по земле псом за ним тащилась какая-то часть меня: кричала, вырывалась, не отпускала... Но всё бесполезно. Рядом стояли Нина Семёновна, Стасик, Володя. Помню, я очнулась и тихо спросила: – Нин Семёновна, а вы были в том доме, доме отца? – Была, только вот яблоки там стали невкусные… – ответила она. Вышел судья: – Мне правда жаль, они у нас нередкие гости, но закон есть закон, – я промолчала и отправилась домой. А дождь всё шёл и шёл.
Каждый день я возвращалась в свою квартирку и стояла у двери, в надежде услышать топот лап мне навстречу. Открывала дверь, и меня встречал холодный, мрачный поток воздуха. И тишина. Затем я раздевалась, машинально занималась домашними делами, поправляла записи в конспекте и, наконец, закутывалась в одеяло и садилась смотреть старый фильм... И вдруг однажды раздался дверной звонок. Я открыла дверь, на пороге стоял мужчина с Васей в руках. Это был следователь, как выяснилось позднее. – Здравствуйте, – удивлённо поздоровалась я. Оказалось, эти двое повторили свой дебош у магазина, но на этот раз кто-то вызвал охрану. И защищать Васю кинулась не я, а какая-то принципиальная старушка-пенсионерка. Хозяев, если можно так сказать, лишили родительских прав. Старушка взять Васю не могла. Тут и вспомнили обо мне. Хотели – получите, распишитесь!
Мы с Васей шли мимо того злополучного магазина. Снова лил дождь, а прежние хозяева Васи стояли в стороне, под этим дождём, и смотрели нам вслед. Иногда я думаю, почему люди такие, как эти «хозяева»? И почему удача улыбнулась мне лишь сейчас? Кто сводит, тянет наши судьбы за поводок, спутывая и направляя, и неужели, чтобы что-то получить, надо столько потерять?
|
||