Ярославское региональное отделение

общероссийской общественной организации

СОЮЗ РОССИЙСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

 

НАВИГАЦИЯ

ПАРТНЕРСКИЕ САЙТЫ

Официальный сайт Союза российских писателей

 

˂Маленькие рецензии˃

Леонид Советников

О СТИХАХ ВЛАДИМИРА ПЕРЦЕВА

Стихи Владимира Перцева – подлинные свидетельства самой что ни на есть жутковатой правды бытия, лирические переживания лишнего человека, признающегося, прежде всего, самому себе: "Не отец ты, не муж, не делец – ротозей", что непросыхающими от умиления очами глазеет на мир вокруг него. Не так ли по мысли Тютчева и сам Царь Небесный исходил, благословляя, русскую землю? Но мир изменился не только внешне, омертвев магниевым светом ночной цивилизации или голливудскими картинами цветущей Рублёвки, контрастирующими с нищетой и запустением российской глубинки... Если бы только этим, привычным для русского глаза, делом! Мир изменился и внутренне, в душах носителей этого бытия, и изменился в страшную сторону. Что же такое ужасное и непоправимое стряслось с нами, с самим человеческим "я"? Оно превратилось в некий "диалектический курьёз", в "стрелу без цели". И это не стрела из сказки о царевне-лягушке, а реальная, "по задницу" входящая в болотную жижу...

Стихи не дают ответа, как выдираться из этой трясины бытия, как жить дальше. Да и нет никакого ответа. И никто его не знает. Разве что благословлять каждое мгновение и умиляться на всякий пустяк, прозревая невероятные глубины и сияния во временном и сиюминутном аду. Вот об этом, как мне представляется, стихи Владимира Перцева. И их невозможно читать спокойно и размеренно.

Их принимаешь в себя как горькое, но благотворное, лекарство, которое если уж и не исцелит (для этого есть молитвенное средство), то во многом, вслед за лирическим "я" автора, поможет душе хоть на краткий миг отойти от обуревающей её гордыньки, как от края пропасти...

 

Александр Страшинский

О СТИХАХ ИЗ СБОРНИКА «СТРЕЛА БЕЗ ЦЕЛИ» ВЛАДИМИРА ПЕРЦЕВА

По-моему, ввиду всеобщего стремления к слепому оттачиванию своего пера, даже больше –       к приданию убедительности и понятности поэты сейчас всё больше боятся быть неадекватными. То есть забывается роль поэта – о нет, не в пророчестве, а в умении «дойти до самой сути». Или хотя бы в таком желании. На фоне «очеловечивания» поэзии особенно интересным кажется сборник Владимира Перцева, бросающий вызов этой деградации. Одной из центральных проблем, представленных в нём, является проблема «трагической вины». «Да, виновен я. Накажи». Но за что? Да хотя бы за то, что не могу «сложить картинки с вырезами – жизнь». В стихах «Стрелы без цели» эта вина «перед тем, что жив» приобретает архетипический характер. Подобно софокловскому герою, герой перцевский могущественен уже потому, что он делает выбор в пользу «принятия судьбы и суда», пусть ему и не избыть грехов. Потому что в «Молитве» бросается вызов высшей силе. «Ну что им объяснять? Они меня умней». Ой ли? «Судьба. Казни меня, прощай» - я ведь жить не умею. Собственно говоря, живёт-то за меня моя внутренняя обезьяна. А впрочем, правы ли они, беззаботные, те, не «поэты до мозга костей», а «умишком тронувшаяся Чудь»? Искренне на этот вопрос положительно лирический герой нам не ответит. «Баран, шерстию неважный» всё о себе знает, в отличие от умнейших, то есть, по факту, «великой семьи глупцов».

И чисто политические или социальные вопросы, поднимаемые, кстати говоря, в немалом количестве стихотворений, переживаются лирическим героем как глубоко личные:

Вот справа от нас залегла Рублёвка,

присыпаны пеплом густым огни.

И так неуютно, и так неловко

отстёгивать здесь пристежные ремни…

 

И бьёт в глаза жутковатой правдою

слепой и мистический этот свет.

И ночь сгущается над заправкою,

и зябко ёжится мой сосед.

Тактильные ощущения, субъективная оценка («жутковатая правда») – всё это делает произведение антипублицистичным, истинно художественным. Автор не делает выводов, ничего не доказывает – только рассказывает. Вернее, рисует.

В своих стихах Перцев – тоже художник: в сборнике практически нельзя найти часто встречаемых сегодня абстракций. Слова всегда подкреплены образами – конкретными, символичными. Его лирический герой – настоящий, «безысходный» поэт. Созерцатель, этакий «соглядатай праздный». Вот упруго взлетели воробьи, вот предвещает что-то едва зримая, но замеченная тень паутины. Именно тончайшее чутьё, причастность к мирозданию делает поэта поэтом. «Вход в иные вселенные» - вот что за время своего существования он обретает бесконечное количество раз. В смирении, в открытости, наконец, в смерти сила бессильного «образины», чья участь – всегда быть «с той стороны стекла». Удивительно: соблюдая дистанцию, ставя себя и читателей в оппозицию «я – вы», герой стихов Владимира Перцева проходит, но не мимо, а насквозь. Обволакивает и даёт понять: вот «мировая скорбь», вот твоя свобода. И душе ничего не остаётся, кроме как поверить. Ему. В себя. А она же только того и ждёт – настоящая душа. Так пусть бежит, бежит, куда ей надо.
 

 

Ярославское региональное отделение ООО СРП, 2009. Рейтинг@Mail.ru